Национальные традиции и обычаи в романе М. Ауэзова "Путь Абая" | Сайт библиотеки
Национальные традиции и обычаи в романе М. Ауэзова "Путь Абая"

Наш Абай

Наш Абай

Национальные традиции и обычаи в романе М. Ауэзова "Путь Абая"

В эпохальном для казахской культуры, казахского народа романе Мухтара Ауэзова «Путь Абая» автор всесторонне показал казахский народ, его национальные традиции и обычаи. В повествовании содержатся этнографические, религиозные, культурнобытовые традиции казахов: переход на жайляу летом, свадьбы и сватовство, смерть и траур, джут, выборы волостных, властвование в споре, портреты природы и охоты, и многое другое. В этих традициях содержится вся вековая мудрость предков, их наказы, касающиеся буквально всех сторон и этапов нашей жизни: от рождения и до смерти.

Мухтар Ауэзов очень ярко рассказывает о самых популярных обычаях, традициях связанных с важными событиями в семье.

«…Но были особенные дары, сопутствующие всякой богатой свадьбе. Самым дорогим в калыме являлся серебряный слиток бесик-жамба, отлитый в форме колыбели. Этот главный дар, преподнесенный свату Алшинбаю, назывался – илу. Обеим сторонам известно, что илу является ответом на киит, и это должно быть равного достоинства. Уже лет десять назад, когда родители сосватали своих маленьких детей, Алшинбай преподнес свату свой киит, – серебряный слиток в виде копыта жеребенка, называемый тайтуяк. Но этот слиток оказался поменьше, чем нынешний илу Кунанбая. И люди заговорили, что Кунанбай вознамерился показать себя щедрее Алшинбая. Однако, полагали все, Алшинбай вряд ли позволит превзойти себя в щедрости...» ( Т. 1, стр. 365).

«…Свадьба была богатая, были приглашены роды Иргизбай, Анет, Жигитек, Мамай, стоявшие на осенних станах в Ойкудуке и Ералы. Кроме этого, на свадьбу приехало много людей из рода Кокше, который сватал Умитей. Оттуда прибыли джигиты, чтобы поучаствовать на скачках и на кокпаре, силачи-палуаны, чтобы померяться силами с местными борцами…» (Т.2, стр. 306).

Характерной чертой казахского народа является его сплоченность, взаимовыручка и взаимопомощь. Жители одного аула всегда были как одна большая семья. Если у кого-то случалась беда, то соседи и родственники обязательно стремились помочь. Выручали «всем миром». Правило для любого казаха – никогда не оставлять близких и родственников в беде, хранить честь и достоинство своей семьи и рода. Сегодня, мы приведем вам, небольшой отрывок из романа «Путь Абая» М. Ауэзова, где описывается обряд захоронения. На проводах в мир иной, как никогда остро проявляются характерные для казахов качества – родственные чувства, милосердие. Достойно проводить усопшего в последний путь – это задача общественного значения для всего окружения покойного, для семьи покойного это не только испытание горем, но важный экзамен на сплоченность, организованность. Разделить расходы на похороны, встретить гостей, скорбить всем родом – признак высокого благородства.

«…Все равно очагу Божея расходы еще предстоят, причем неисчислимые расходы! Потому и самые первые необходимые затраты должно разделить меж друзьями-соратниками Божея и его сородичами. И они, проявив необычайное единодушие и подлинное братство, не позволили себе удариться в скупость. Подобного общинного жертвоприношения – пидия на алтарь доброй традиции давно уже не происходило в степи. Смерть и похороны Божея вновь вернули к кочевникам этот высокий обряд траурного благодеяния. Во главе с Суюндиком, Байсалом и их окружением родичи наперебой вызывались помочь, перечисляя все то, что они жертвуют из своего скота, из ценных вещей, драгоценных изделий: «я столько-то даю на похороны», «это мои приношения», «это мой вклад на помин души». На пожертвования давали – кто пару лошадей, кто верблюдицу, кто слиток серебра – жамбу, кто слиток золота или серебра в форме копыта жеребенка – тайтуяк, кто такой же слиток в форме бараньего копытца – койтуяк. К концу траурного благотворительного собрания просчитали, что весь сбор пидия составляет несколько «девяток». Девять верблюдов – главная девятка. Затем – девять лошадей. По «девяткам» разделили подношения овцами, козами, шубами, коврами – и прочая, и прочая...» (Т.1. стр. 282).

Казахская культура щедра на традиции и обычаи. Среди прочего славится гостеприимство. С древних времен гостеприимство было отличительной чертой казахского народа. На протяжении веков формировалось особое отношение к путникам и приглашенным гостям. Их всегда встречали с распростертыми объятиями, особым радушием и щедрыми угощениями.

«… – Барекельди, Оспан-ага. Верные слова! Ты же младший сын у Кунеке, и для нас честь – услышать такие веские слова от тебя, ведь шанырак Большого дома Иргизбая поднят над твоей головой! Эти слова поддержали и на разный лад восхваляли Оспана и другие знатные гости.

– Этот шанырак висит не только над Тобыкты! Мы все под ним!

– Аргын, Найман, Керей, Уак – мы пришли в этот дом неспроста! Благодарность наша большому мирзе Оспану за его гостеприимство!...» (Т.2 стр. 451-452)

Историческое значение эпопеи «Путь Абая» проявляется в том, что она содержит богатый материал для изучения этнографии казахов второй половины XIX века. «Писатель особенно красочно воссоздал народные обычаи, в которых так ярко проявлялись музыкальность народа, любовь к поэзии, его духовный облик.

«…Песни все – о любви и жизни, о великой любви к жизни. Как они созвучны этому благодатному весеннему вечеру – песенному вечеру! Эти песни – из трепета живой души, от чувств сердца счастливого человека.

Не боюсь, что поймают меня.

Были б счастливы мы!..

Кто же эта девушка, готовая принести в жертву любви свою жизнь?

Где ты? Дай мне найти тебя, желанная моя, Черноокая!..

Кто этот джигит, и как же он, несчастный бедняга, потерял свою возлюбленную?

А кто другой джигит, охваченный печалью воспоминания:

Но до смерти не забудет твой любимый, знай,

Как шепнула ты за юртой: «Милый мой, прощай...»

Степь человеческая! Слова любви. «Я обомлел, лучезарный лик твой увидев вчера!», «Черноокая моя, желанная», «Луноликая моя», «Светозарный мой», «Утешение мое», «Сладкое мое нетерпение! Медоточивые слова, жар пламенной молодости, молитва и благословение. Все это – в песнях степи...» (Т.2, стр. 110,111).

О всемирно известном романе-эпопее гениального писателя, ученого М. Ауэзова академик К. Сатбаев писал: «Роман Ауэзова «Абай» является не только художественным произведением, но и значительным научным трудом. Специалисты различных отраслей знаний не могут не обратить внимания на роман. Никто из ученых, исследующих прошлое казахского народа, не может не соприкоснуться с этой книгой: филолог, получив из нее сведения о богатом фольклорном материале, узнает и о зарождении и формировании казахского литературного языка» (Сатбаев К. 1987).

На сегодняшний день роман «Путь Абая» переведен на 116 языков народов мира. Утрачиваемые современной жизнью народные традиции мы должны сохранить, и в этом смысле роман-эпопея «Путь Абая» бесценная сокровищница казахского народа.

Источники:

Ауэзов М. О. Как я работал над романами «Абай» и «Путь Абая». - Алма-Ата, 1967. - С. 360.

Уразаева К. "Путь Абая": актуально об актуальном / К. Уразаева // Простор. - 2017. - № 12. - С. 166-180.

Ерулик

ЕруликКазахские традиции это множество представлений, обрядов, привычек и навыков практической и общественной деятельности казахов. Наш народ очень гостеприимный и приветливый, прием гостей является особо важным для них мероприятием. Одним из которых является Ерулік (ерулик) – традиция приглашать в гости новых соседей. В давние времена небольшой праздник с угощением в честь прибывших в аул новых людей позволял им быстрее адаптироваться и перезнакомиться с соседями. В романе «Путь Абая» Мухтар Ауэзов так описывает данную древнюю традицию, которая сохранилась и поддерживается по сегодняшний день.
«…На «Ерулик – угощение», устраиваемое теми, кто раньше прибыл на джайлау, в Большой дом из соседних аулов принесли чаши с вареным мясом, полные саба-саба – двойные бурдюки с кумысом. Все свободные от дел байбише, в сопровождении молодых келин, явились на поклон к старой матери, Зере. У людей отношение к Кунанбаю могло быть самым разным, но для всей родни во всех аулах дом Зере считался главным домом рода, и по старинному обычаю сюда приносили подношения – часть из какого-нибудь семейного прибытка – сыбага – или освященное веками приношение-ерулик. …Все пришедшие с еруликом были людьми из небогатых мирных аулов, которые не вмешивались ни в какие распри, жили тихо, скромно, изо дня в день трудясь в степи пропитания ради...» (Путь Абая, Т. 1, Стр. 99)
 
Шашу
ШашуМногие казахские традиции, пройдя долгий путь через века, соблюдаются и сегодня. Обычай осыпания конфетами либо монетами на торжественных мероприятиях – свадьбах, сватовстве, юбилеях. Шашу – это не просто угощение, это пожелания всем присутствующим счастья, радости и удачи. Собрать как можно больше конфет или монет считается хорошим знаком.
Писатель Мухтар Ауэзов много раз становился свидетелем казахских традиций и немало из них описал в своих произведениях. Шашу в романе-эпопее «Путь Абая»:
«Абая усадили перед кроватью, с обеих сторон его окружали девушки, будущие свояченицы. Ербол, Жумагул и джигиты сели дальше, вперемежку с другими девушками. Едва все успели разместиться, как в юрту быстро вбежали три молодые женщины и заторопили сидящих:
– Опусите занавеску! Опустите занавеску!
Девушка, сидевшая рядом с Абаем, вскочила с места и опустила перед женихом атласный полог. Тогда женщины распахнули двери.
– Входите, входите! – они приглашали кого-то, стоявшего за дверью, и оглядывались в сторону жениха. – Встречайте, идут эне (теща)!
Абай, Ербол, Жумагул и девушки, сидевшие в юрте, вскочили со своих мест.
Занавес оставался опущенным. В юрту вошли три пожилые женщины. Посередине шла старшая эне Абая – первая жена Алшинбая, полная смуглая байбише. Рядом с нею – эне, мать невесты.
– Ну, матушки, выкуп! Где выкуп? Иначе не покажем вашего сына, – подшучивали молоденькие женщины, удерживая край полога.
– Поднимите занавес! Вот вам выкуп! – ответила байбише, показывая шашу.
Атласный занавес широко распахнулся. Жених стоял, скромно потупив голову, в немой покорности.
– Да будет жизнь твоя долголетней! Да пошлет тебе бог счастливое будущее, свет мой! – сказала старшая байбише и начала бросать девушкам шашу.
Посыпался урюк урюк, изюм, конфеты. Девушки, весело смеясь, принялись подбирать сласти».
 
Сундет
СундетСундет – это древний обряд обрезания, который проводился для казахских мальчиков и символизировал посвящение их в джигиты. Раньше в честь этого события родители ребенка устраивали настоящий той (праздничный пир) с байгой, кокпаром и другими развлечениями. А гости вручали виновнику торжества ценные подарки, самым значимым из которых считался домашний скот. Так, хорошим тоном считалось, когда родственники по материнской линии дарили мальчику его первого личного скакуна. Не обошел этот древний обряд и Абая. Вот как это проходило…
«…– Когда совершили то, что положено, мальчишка заплакал от боли и сказал: «О Аллах, лучше бы я родился девочкой, тогда не мучился бы, не делали бы мне это…» На что мать ему ответила: «Глупый мой жеребеночек, был бы ты девочкой, тебе пришлось рожать, а это побольнее будет» – «Ойбай, у них тоже есть, оказывается, такое мучение!» – закричал он и тут же перестал плакать…» (М. Ауэзов Путь Абая. Том 1, Стр. 9)